Наверх

"Обвиняемый и тайная комната"

Дата публикации: 25 Июня 2014

После посещений последних судебных заседаний по уголовному делу в отношении Михаила Кондрахина, руководителя Ленского районного нефтепроводного управления филиала ООО «Востокнефтепровод» (дочерней структуры ОАО АК «Транснефть»), невольно на ум приходит культовый бестселлер Джоанн Роулинг. Тайная комната, секретные свидетели, гидравлический молот - эпизоды дела, которое по существу должно быть административным, но благодаря стараниям следователей переквалифицировано в уголовное. И если английская писательница уместила свой роман о Гарри Поттере в семи частях, то следователь Ленского отдела МВД Наталья Старостина детальным образом описала обстоятельства этого уголовного дела в 17 томах. Напомним, следствие инкриминировало директору Ленского РНУ то, что в октябре-ноябре 2012 года он, используя служебное положение, дал указание подчиненным произвести вырубку лесных насаждений на двух участках Нюйского участкового лесничества без наличия соответствующих разрешений.

Ловля черной кошки в темной комнате

Ранее мы рассказывали о том, как проходил опрос свидетелей. Более половины из ста приглашенных в суд уже ответили на вопросы представителей Фемиды. Но, к слову, никто из них так и не показал, что Михаил Кондрахин когда-либо кому-либо отдавал распоряжение о незаконной вырубке леса и разработке карьера.

Но отдельной строкой можно выделить эпизод перекрестного опроса участников обысков, которые проходили в Ленском РНУ весной  2013 года. Тогда представители правоохранительных органов искали любые доказательства причастности директора филиала к незаконным порубкам и разработке карьера.

В суде понятые и оперуполномоченный, который проводил обыск, так и не внесли ясность в обстоятельства. Наоборот, возник вопрос: кто лукавит? Так, понятые уверяли, что никаких конфликтных ситуаций во время обыска не было, а оперуполномоченный утверждал, что конфликт имел место быть. По его версии, руководитель организации Михаил Кондрахин отказывался содействовать обыску. Реакция сотрудников полиции не заставила долго ждать - был вызван участковый, который составил протокол административного правонарушения. Какое решение по административному протоколу было принято в отношении Кондрахина, свидетель - оперуполномоченный не знает. В действительности, суд уже на первом заседании вынес решение о прекращении производства, установив, что никакого неповиновения не было.

Поражает и тот факт, что понятые, которые присутствовали при обыске, легкой рукой ставили росписи на описях изымаемых документов. На вопрос адвоката защиты Валерия Осипова, сверяли ли понятые изъятые документы с теми, что были зафиксированы в описях, ответ был удивительным: «Там такая кипа бумаг была, сколько бы времени на это ушло? Нет, мы не сверяли документы», - пояснил один из свидетелей.

Особое место заняли вопросы, относящиеся к рабочему компьютеру обвиняемого. Понятые не видели, какие действия производят с ним сотрудники полиции, так как сидели с противоположной стороны от монитора. Оперуполномоченный не помнит, сколько было мониторов и откуда он извлек папку с фотографиями о якобы проводимых работах на том участке леса, где совершены порубки и разрыт карьер. Одним словом, количество вопросов не уменьшается, а становится все больше. Главный из них: все ли следственные мероприятия были проведены в соответствии с законодательством РФ, а если нет, то будут ли исключены вещественные доказательства, так старательно изымаемые в ходе следствия?

Гульчатай, открой личико!

Появление в ходе судебных разбирательств «тайных свидетелей» для большинства присутствующих так и осталось, как говорят математики, «иксом неподдающимся». «Елена», «Николай» и «Федор» – секретные свидетели, которым пришлось отвечать на вопросы обвинения, защиты и судьи, находясь в тайной комнате, по аудиосвязи, без зрительного контакта, под псевдонимами. Такой допрос состоялся в силу того, что обвиняемый Михаил Кондрахин якобы угрожал свидетелям. Суд посчитал эти основания достаточными для того, чтобы не раскрывать анкетные данные свидетелей и не представлять их взору присутствующих на судебном заседании.

Как правило, обстоятельствами для присвоения статуса «тайный свидетель» бывают угрозы убийства свидетелю и его семье, насилия и нанесения материального ущерба. Но директор филиала Михаил Кондрахин  в рамках материалов уголовного дела или материалов проверки по данной информации следователями не привлекался и не опрашивался. Да и сами засекреченные свидетели подтвердили, что угрозы в их адрес не поступали. Напрашивается вопрос: на каком основании тайные свидетели стали таковыми? Ведь в Уголовно-процессуальном кодексе РФ четко прописано, что основание к засекречиванию – это собственноручно написанное заявление свидетеля о реальных угрозах заинтересованных в исходе дела лиц, и что он опасается за жизнь, здоровье и имущество, поэтому просит сохранить в тайне его данные и разрешить тайно выступать на суде.

Что касается показаний тайных свидетелей, то, мягко говоря, они не совпадают с показаниями, данными ранее, на стадии следствия. Кто-то сначала уверял, что лично видел и слышал, как Михаил Кондрахин вместе с генеральным директором ООО «Востокнефтепровод» давали указания на вырубку леса. Позже «Николай» признал, что лишь слышал о факте вырубки леса, но сам этого не видел, да и лес в его показаниях оказался кустарником, гендиректора компании на объекте не было вовсе, а Михаил Кондрахин проезжал мимо на машине. В конце концов, свидетель честно признался, что запутался. Судья Ленского районного суда Жанна Шмидт, которая рассматривает это дело, посоветовала говорить правду, тогда и путаться не придется.

На совещании в администрации Ленского района врио Главы Республики Саха (Якутия) Егор Борисов сказал, что благодаря усилиям правоохранительных органов дело в отношении господина Кондрахина дошло до суда. «Когда вырубались тысячи гектаров, – не было никакой реакции, а когда пришли люди, которым надо работать, административные нарушения сразу выросли до уголовных дел. Такие подходы не приведут к установлению порядка в республике», - подчеркнул Егор Афанасьевич.

Что ж, как сказал государственный обвинитель, «решение будет принимать суд». Неоспоримый факт. Но с каждым заседанием, даже простому обывателю, все больше раскрывается правда и кривда этого дела. Мы будем следить, как будут развиваться события дальше.